Дагги-Тиц (18+)

Дагги-Тиц (18+)

Жанр

Художественная литература; Детская литература; Отечественная проза; Отечественные повести; Повести; Детские повести

Краткое описание

Крапивин Владислав - Дагги-Тиц - Книга эта, по словам автора, – «серьезная и порой даже грустная, про одиночество детей. Про взрослых, которым наплевать на детей. И про других – которым не наплевать. И про то, что настоящая дружба – и ребят, и взрослых – часто бывает спасением и защитой от многих бед». Отзывы читателей: Крапивин никогда не раскрашивал реальность в радужные цвета, открыто называл вещи своими именами, но в «Дагги-тиц» зло приобрело отчетливые, болезненно узнаваемые формы. Получается, что зло сегодня — едва ли не единственная реальность. Новый мир встречает новых крапивинских мальчишек и девчонок жёстко: алчность и подлость, коварство и предательство, вот ключевые приметы времени. И поэтому уличный спектакль детского театра становится подростковой акцией против местного олигарха, против сложившегося положения дел. В книге неслучайно возникают параллели с «Гамлетом» (Иннокентий увидел известный фильм со Смоктуновским в главной роли, что дало повод для ещё одного прозвища — Смок). Гамлетом выглядит Инки-Смок в современном обществе с его ненормальными ценностями. Предложенный Крапивиным персонаж для подражания кажется символичным. Гамлет Смоктуновского — если угодно — классический архетип супергероя для интеллигенции. Внешние данные помогают легко отождествлять себя с героем. Внутренние терзания всегда были сопутствующими, а способность к поступку (пусть и в самом крайнем случае) льстила и давала ответ на ещё один вечный вопрос интеллигенции — «тварь ли я или право имею?». В критические минуты над головой блистал, пусть и воображаемый, но всё-таки меч. Параллели между Инки и Гамлетом очевидны. Контраст между представлениями о мире и реальностью — разителен. Терзания юного Инки рифмуются с персонажем Смоктуновского: «вы можете сломать меня, но играть на мне нельзя». Нравственные вопросы, которые ставит перед героями (а, стало быть, и читателем) Крапивин, приобретают в «Дагги Тиц» эпический масштаб. Можно ли бороться со злом его же методами? Не стали ли нынешние беды эхом поступков, совершенных в прошлом? И как нужно жить, чтобы не предать себя? По Крапивину, искусство оставаться человеком в наше время требует всё больше усилий. И вечные (если угодно — прописные) истины становятся как никогда актуальными.